Меню
16+

Общественно-политическая газета «Балейская новь»

15.07.2022 09:59 Пятница
Категория:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 54 от 15.07.2022 г.

ЗОЛОТО БАЛЕЯ

Автор: Юрий ИГНАТКИН

КАСКАД ЗИФ-2

Забегая вперёд, приведём такие данные: на разведке Тасеевского месторождения было пройдено 118383 п. м горных выработок и пробурено 334531 п. м разведочных буровых скважин. На Балее хорошо представляли объёмы предстоящих работ по разведке и освоению нового месторождения, и сколько потребуется для этого рабочей силы. На месте свободных рук не было. Вопрос решился созданием на Тасеевском месторождении лагеря заключённых. Шахта 8 и вспомогательные объекты её располагались прямо на территории лагеря. Ранее такой лагерь существовал и на Балейском руднике.

Для работы на месторождении были привлечены и ссыльные, в том числе и немцы Поволжья, переселённые в Балей в конце войны из Красноярского края. Работали и вольнонаёмные. Начальник в то время Тасеевского рудника А. И. Завьялов рассказывал, что в первые годы лагерь пополнялся в основном из числа бывших военнослужащих, участвовавших в войне с Японией, осужденных за различные правонарушения и стремившихся как можно скорее освободиться. Применявшаяся тогда система, так называемого «зачёта», способствовала этому. За перевыполнение производственного задания значительно сокращался срок наказания. Отработав смену и немного отдохнув, заключённые по своей воле снова шли в шахту, чтобы заработать более высокий процент перевыполнения сменного задания. Среди них были люди и с высшим образованием, из которых был создан конструкторский отдел, своего рода Тасеевская «шарашка». Особенно хорошо работали ссыльные немцы, державшиеся обособленной группой. Им поручались наиболее сложные и опасные работы, полагаясь на их аккуратность и трезвый подход к их выполнению, и всегда они хорошо с ними справлялись.

Разведку Тасеевского месторождения осуществляли геологи И. И. Коноплев, Г. В. Сенчуков, А. Ф. Воросов, Л. И. Петрачков, М. Ю. Цыденов, В. В. Голунов, К. А. Лисичников, А. П. Николаев, М. Н. Кожевин, В. Ветрогонов, А. А. Трофимов, К. И. Гуляев, В. И. Осин, П. И. Терентьев, В. И. Лозовский, С. Н. Березовский, С. В. Чеглаков, В. Г. Хомич, А. И. Широких, Д. И. Филиппов. Усилиями геологов, горняков, механиков, горнорабочих, в том числе и заключённых, было разведано крупнейшее в то время в стране месторождение рудного золота. Сначала была разведана первая зона протяженностью 2000 м, на глубину до 400 м. Основу её составляла 1-я жила. В ходе изыскания площадки для строительст-ва обогатительной фабрики была обнаружена третья рудная зона в 400-х метрах от первой протяжённостью 1750 м на глубину 400 м, основу этой зоны составляли жилы 7-я, 27-я, 28-я. Между зонами была обнаружена жила 33-я, получившая название промежуточной зоны. Рудная зона Тасеевского месторождения включала в себя основную стволовую кварцевую жилу с падением в 75 градусов мощностью от 0,5 до 3 м с содержанием золота 200-300 г/т, с отходящими от неё в висячий бок апофизами, вмешающие породы песчаники в висячем боку были прокварцованы до мощности в 30 м и содержали золото до 10 г/т. При столь высоких средних содержаниях были участки и более обогащённые. Некоторые блоки жилы 28 содержали в себе от 1,5 до 5,0 т золота. Содержание в них исчислялось сотнями граммов на тонну руды. Пробы в килограммы не были редкостью. В 1956 году разведанные запасы золота Тасеевского месторождения были утверждены государст-венной комиссией по запасам. За открытие и разведку Тасеевского месторождения более 100 геологов и разведчиков были награждены правительственными наградами, а П. С. Титов, С. Н. Березовский, И. С. Витковский, В. И. Кадров, Н. Я. Кудряшов, П. И. Терентьев, И. С. Рожков стали лауреатами Государственной премии.

Первые тонны Тасеевской руды были добыты в 1948 году попутно при проведении разведочных работ. Руда была обработана на Балейской фабрике, и результаты обработки вызвали тревогу. Золота против разведочных данных было получено очень мало. В результате исследований было выяснено, что Тасеевское золото отличается от Балейского, и для его извлечения требуется иная технология и прежде всего более тонкое трехстадиальное измельчение руды, с извлечением после каждой стадии своего класса по крупности золота сначала флотационно-гравитационным процессом, а затем цианированием. Но всё это будет позже, а пока по результатам исследований, используя мощность Балейской фабрики, на ней была смонтирована технологическая линия, получившая название Тасеевской ветки, на которой обрабатывалась руда Тасеевского месторождения, пока не была построена новая фабрика.

В 1949 году правительство приняло постановление о строительстве Тасеевского горно-обогатительного комплекса в составе комбината «Балейзолото». Было создано управление Тасеевского строительства. Проектировал комплекс Московский институт «Гипрозолото».

Почти двадцать лет балейские горняки работали на месторождении, которое предварительно не было разведано, подъёмы добычи золота, когда открывались новые жилы, чередовались с её падением, когда эти жилы вырабатывались, а новых ещё не нашли. Горняки горько иронизировали: «Мы работаем по системе «Хап-Стоп!» И вот появилось новое месторождение с мощными выдержанными по простиранию и содержанию рудными зонами. Горняки и проектировщики прикидывали, какими высокопроизводительными системами они будут отрабатывать это месторождение, какие мощные механизмы будут использоваться. Наконец-то можно будет работать ритмично, продумывая всё наперёд. Но всё получилось несколько иначе.

Завораживало на месте и в Москве количество золота, получаемое попутно при проведении геологоразведочных работ. А когда подсчитали количество руды, которое будет выдавать рудник, при отработке рудных зон на всю мощность, стало ясно, что до пуска проектируемой новой фабрики обрабатывать её будет негде.

А на строительство фабрики требовалось 7 лет. И на Балее родилось предложение, которое впоследствии подвергалось острой критике, но было принято и претворялось в жизнь и тогда, когда его можно было уже не осуществлять, когда была пущена новая обогатительная фабрика. Было предложено отработать месторождение за два приёма. За первый отработать наиболее богатые, но с ограниченными объёмами, кварцевые жилы. Золото из них извлечь на действуюшей фабрике. Выработанное пространство закладывать более бедной рудой из бокового пространства. После пуска новой фабрики перейти на сплошную отработку месторождения. Кто знаком с горным делом, знает, что заходить в выработанное пространство опасно. Здесь же предлагалось планомерно по отработанному пространству пройти ещё раз с более мощными отработками, причём на месторождении, залегавшем в конгломератах, породах неустойчивых, склонных к набуханию и вспучиванию. Взять на себя выполнение такой сложной задачи могли горные инженеры высочайшей квалификации. Именно такие специалисты были на Балее. Какие преимущества сулило это предложение? Какие последствия оно могло вызвать? Преимущество было одно – быстро взять золото, а недостатков предполагалось много. Отработка за два раза требовала дополнительных горноподготовительных работ, затрат на поддержание выработок, вела к повышенным потерям в недрах, повышению опасности работ. И тем не менее предложение было принято. Окончательное решение по этому вопросу, сугубо техническому, принималось в Москве в ЦК ВКП (б)‚ такое значение придавалось Тасеевскому месторождению в то время. Институт «Гипрозолото» разработал проект выемки кварцевых жил системой с маганизированием руды, получившей название тасеевской селективки. Параллельно шло проектирование горно-обогатительного комплекса полной отработки месторождения.

Балей вступил в период нового интенсивного развития. Директоры комбината «Балейзолото» И. С. Витковский, Л. Н. Потапов, главные инженеры Н. И. Хитренко, П. К. Савченко, начальник управления Тасеевского строительства Е. П. Молчанов сумели организовать работу по освоению нового месторождения, хотя сделать пришлось немало. Нужно было построить шахты 8, 9, 10, 11, 12. Последняя была новым словом в шахтном строительстве золотой промышленности. Её вертикальный ствол круглого сечения с бетонным креплением и металлической армировкой уходил в землю на 500 метров. К стволу примыкали горизонтальные выработки двух опорных и семи промежуточных горизонтов, соединявших ствол с рудными зонами. На опорных горизонтах 216 и 366 метров руда из рудных зон мощными троллейными электровозами по путям с автоматической сигнализацией и управлением стрелками из кабины машиниста электровоза доставлялась на рудный двор. Здесь круговыми опрокидами вагоны ёмкостью 2 кубометра разгружались в пасть расположенной ниже мощной щековой дробилки. Дроблёная руда самотёком по рудоспуску направлялась в бункер-накопитель, разгрузочные течки которого выходили в ствол шахты. Два самоопрокидывающихся скипа ёмкостью по три кубометра каждый непрерывно сновали вверх-вниз по стволу со скоростью семь метров в секунду, выдавая руду в поверхностный бункер, откуда она самосвалами отвозилась на обогатительную фабрику. Руда промежуточных горизонтов перепускалась на опорные. В стволе располагался и клетьевой подъём, предназначенный для спуска и подъёма людей и материалов. На поверхности к стволу примыкал административно-бытовой корпус, в котором смены шахтёров переодевались в горняцкую робу перед спуском в шахту, а после смены принимали душ и, одевшись в домашнюю одежду, покидали шахту. Здесь же проводились различные лечебно-профилактические процедуры, размещалась столовая. Из квершлагов по рудным зонам были пройдены штреки, а из них вверх по жилам – вертикальные выработки восстающие, ограничивавшие очистные блоки магазины, в которых накапливалась отбитая руда. Из магазинов она выпускалась на штреки, где грузилась в вагоны, и аккумуляторными электровозами отвозилась к квершлагам, где формировались составы для отправки их к стволу шахты 12. На девяти горизонтах Тасеевского рудника было пройдено более 100 километров горных выработок, в том числе несколько слепых шахт, из которых отрабатывались рудные зоны. Мощные осевые вентиляторы, установленные на вентиляционных шахтах на флангах месторождения, протягивали через лабиринт горных выработок свежий воздух, поступивший через ствол шахты 11. Автоматизированная насосная станция обеспечивала надёжную откачку рудничных вод. Для обеспечения сжатым воздухом бурильных, погрузочных машин в компрессорной станции рудника были установлены 6 компрессоров производительностью по 100 кубометров в минуту каждый. Таких мощных станций в золотой промышленности больше не было. Всё это было построено и задействовано не сразу. Сначала шла отработка кварцевых жил рудной зоны через шахты 8, 9. Затем вошла в строй шахта 11, последней вошла шахта 12.

Постепенно центр тяжести золотодобычи переместился с Балейского месторождения на Тасеевское. В ходе строительства и отработки нового месторождения росли кадры инженеров и рабочих, а задачи им приходилось решать непростые: проходка и поддержание горных выработок в неустойчивых породах, внедрение новых видов крепления горных выработок металлическими и железобетонными штангами, набрызг-бетоном, арочными металлическим крепями, освоение новых бурильных, погрузодоставочных машин, новых взрывчатых материалов, освоение новых систем на добыче руды. Не всё задуманное получалось. Неудачей закончились попытки организовать закладку выработанного пространства с помощью пневмозакладочных машин, твердеющих смесей. Но это не помешало создать внушительное производство и за два приёма отработать Тасеевское месторождение.

Решение этой задачи осуществили два или даже три поколения горных инженеров. Это были А. И. Завьялов, Ю. Н. Попов, А. И. Никишов, кандидат технических наук В. П. Михайлов, Г. К. Ознобихин, В. А. Саливон, А. С. Гайворонский, Е. Н. Родионов, А. Д. Кисляков, А. Н. Маслов, Н. П. Селянкин, А. М. Шильников, Г. Г. Дульнев, А. С. Лаптев, Г. Ф. Самсонов, В. М. Ярославцев, Л. П. Кожемячкин, И. М. Носырев, В. И. Сутупов, А. Н. Рюмин, Л. Н. Гусев, Г. Т. Лиханов, И. Ф. Попов, П. К. Глазунов, В. В. Карпухин, Е. С. Волков, Г. А. Гусельников, В. С. Суренков, А. М. Голышев и многие другие.

Трудно складывалась судьба Тасеевской обогатительной фабрики. Дважды подбирали место для её строительства, и когда буровыми работами проверяли его на безрудность, находили золото. Так, в частнос-ти, была открыта третья рудная зона. В конце концов для фабрики выбрали место на горизонтальной площадке, что предопределило повышенные расходы и трудности при перекачке пульп при обработке руды и, хуже того, уже при эксплуатации начались неравномерные осадки элементов здания, что привело к деформации стен, перекрытий, подкрановых путей в цехах. Эксплуатационникам и строителям пришлось предпринимать значительные усилия, чтобы спасти её от разрушения, и тем не менее коллектив фабрики под руководством инженеров-обогатителей Б. Змитравича, Г. М. Положенцева, Ю. Ю. Ульданова, В. М. Кизей, используя хорошо развитую схему обогащения, успешно решал задачи по извлечению золота из различных месторождений этого района.

Тасеевское золото быстро выдвинуло комбинат «Балейзолото» на одно из первых мест в системе главного управления по добыче золота (Главспеццветмет) министерства внутренних дел СССР, в которое с 1947 по 1957 год входила золотодобывающая промышленность страны, а позже и в Главзолото Минцветмета СССР. Высокое содержание золота в руде, позволявшее в короткий срок добывать его большое количество, сделало Балей своеобразным регулятором золотодобывающей промышленности, обычно в начале ноября, после окончания промывочного сезона на россыпных месторождениях, когда обозначалось недовыполнение годового плана в целом по стране, на Балей поступало задание – добыть до конца года недостающее золото. На Тасеевском руднике намечались богатые блоки, создавались бригады, и начинался штурм. Часто из Москвы приезжал высокопоставленный представитель контролировать ход выполнения задания. «Отчитывались почти за каждый вагон с рудой,» – вспоминал А. И. Завьялов, бывший тогда начальником Тасеевского рудника. «Вся работа шла в режиме строгой секретности, нам, руководителям рудника, – добавляет он, – не позволялось без разрешения выезжать за пределы города даже в выходные дни».

В 1970 году, когда как обычно шло к концу выполнение дополнительного задания, из Москвы поступило новое – добыть до конца года ещё около тонны золота. Времени было в обрез. Всё рассчитывали по дням и часам. Из какого блока, к какому сроку добыть руду. Сколько времени уйдёт на извлечение золота на фабрике. Расчёты показали, что золотосодержащие шламы будут получены и упакованы в ящики к восьми часам утра 30 декабря. А их нужно было доставить в Новосибирск на аффинажный завод, где золото из шламов должно быть извлечено и переплавлено в слитки. По существовавшим тогда правилам, золото аффинажному заводу шло в зачёт годового плана, если оно сдавалось в государственное хранилище не позднее 8 часов утра местного времени 1 января года, следовавшего за отчётным. Для перевозки шламов был зафрахтован самолёт АН-24, который должен был к вечеру 30 декабря доставить их в Новосибирск. Утром 30 декабря автор данного очерка, тогда заместитель директора комбината «Забайкалзолото» был в Читинском аэропорту, чтобы проконтролировать вылет самолёта. Но в выполнение тщательно спланированной операции вмешалась погода. Из Балея сообщили, что аэропорт окутан плотным морозным туманом, и принять самолёт не могут. Морозы в ту зиму стояли лютые. Ждали весь день. Аэропорт так и не открылся. Соответственно нарастало напряжение и в Москве, и на месте. Почти непрерывно работала связь Москва-Чита-Балей. Утром 31 декабря снова все были на своих местах. Балейский аэропорт по-прежнему был закрыт. И когда надежды на успешное проведение операции, казалось, были потеряны, из Балея сообщили, что у них немного развиднелось, и они готовы принять зафрахтованный борт. Самолёт взлетел немедленно, и через 30 минут приземлился в Балее. Туман полностью не развеялся, опасаясь его усиления, шламы грузили прямо на взлётной полосе, погрузили засчитанные минуты, и самолет тут же исчез в тумане и ещё через 30 минут приземлился в Чите. Пока он летал в Балей ещё раз просчитали варианты и пришли к выводу, что, если шламы и дальше везти на этом сравнительно тихоходном самолете, да ещё с посадками на дозаправку, времени для извлечения золота на заводе может не хватить. Снова переговоры с авиаторами. Было принято решение использовать подлетающий с Востока рейсовый ТУ-104.

Отменили ему посадку в Иркутске, пассажиров и грузы туда отправили на другом самолёте, а освободившуюся грузоподъёмность этой мощной и скоростной машины использовали для перевозки шламов. Через три часа после взлёта в Чите ТУ-104 доставил шламы в сопровождении балейской охраны в аэропорт Толмачёво. Да ещё три часа разницы по времени были в нашу пользу. Там шламы уже ждали машины аффинажного завода. Печи на заводе были на «Товсь!» Все успели. Золото было извлечено, переплавлено в слитки и до контрольного срока сдано в государственное хранилище. План был выполнен.

Но всему приходит конец. Отработались и золоторудные месторождения Балея. Сначала Балейское было отработано подземным способом, а затем повторно открытым, что обеспечило полное извлечение золота из недр. Отработка его завершилась в 1962 году. Затем закончилась отработка Тасеевского месторождения. Когда заканчивалась его отработка, принимались меры по разведке флангов, более глубоких горизонтов, ближайшей округи. Не хотелось верить, что это уникальное по богатству месторождение не найдёт своего продолжения. Но пока получилось именно так. Найденные вблизи Балея месторождения Сосновское, Средне-Голготайское и некоторые другие замены ни Балейскому, ни Тасеевскому составить не могут. Добыча золота в Балее быстро уменьшилась. Жители этого города оказались у разбитого корыта. Шестьдесят лет их сил едва хватало на создание мощностей по добыче и обогащению руд двух крупнейших месторождений золота, которое ушло в неведомые закрома. И совсем их не хватило на создание благоустроенного жилья для горняков и обогатителей. Да их на это и не нацеливали. И когда отрабатывались богатые жилы Балейского мес-торождения, и когда в буквальном смысле потекла золотая река Тасеевского, никто ни на месте, ни в центре не поставил задачи спроектировать и построить благоустроенный город и альтернативное производство на случай отработки золотых месторождений в этом благоприятном для жизни людей уголке Забайкалья.

Немым укором этой, с позволения сказать, политике властей является уродливый каркас недостроенной центральной котельной, торчащий на берегу Унды среди дражных отвалов. А город, не имеющий водопровода и канализации, отапливается от времянок, которые постоянно выходят из строя, замораживая кварталы домов посреди зимы.

Горняки же Балея остались верными традициям своих предшественников, решавших сложные горные задачи. Тасеевское месторождение оказалось сложным и по конфигурации, и по геологическому строению, и при его отработке избежать потерь золота в недрах не удалось. Как утверждают участники отработки, золота здесь осталось достаточно много. После долгих исканий было принято решение отработать месторождение на третий раз открытым способом, такого в практике до сих пор не было. Проект отработки разработал Читинский институт ВНИПИ-горцветмет. Балейские горняки вновь творят историю горного дела. Сейчас работы по углубке Тасеевского карьера идут на отметке сто метров. Специалисты считают, что золото пойдёт с глубины 150 метров. Остаётся пожелать горянкам Балея благополучно завершить это нелёгкое, но интересное предприятие. После отработки карьера можно будет сказать, что и Тасеевское месторождение отработано без потерь в недрах. И хотелось бы верить, что, когда на этот раз пойдёт тасеевское золото, часть его останется здесь в Балее в виде благоустроенного по современным понятиям города.

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.

244